Оперный певец карузо. Энрико Карузо: биография, интересные факты, фото

Энрико Карузо до сих пор считается одним из самых талантливых и популярных оперных певцов, которых когда-либо знал музыкальный мир. Родившись в трущобах Неаполя в семье, где кроме него было еще 20 детей, Энрико сам сумел выбраться из нищеты лишь потому, что еще в детстве осознал, что у него поистине золотой голос. Он пел в это время в церковном хоре, и богатые прихожане часто платили ему за то, что он распевал серенады их возлюбленным. Воспитанный великими итальянскими певцами, Карузо добился огромного успеха, как в Европе, так и в Америке. Он наслаждался богатством и потратил целое состояние на то, чтобы окружить себя и всех, кого он любил, великолепной роскошью. Карузо никогда ни в чем себе не отказывал. Он, например, был заядлым курильщиком и выкуривал по 2 пачки египетских сигарет в день, рискуя при этом потерять свой уникальный голос. В конце жизни он очень страдал от всевозможных физических недугов. Карузо умер 2 августа 1921 года от плеврита.

Арбуз - превосходная пища: сразу и ешь, и пьешь, и умываешься.

Карузо Энрико

Невысокий, коренастый, с широкой грудью и смешными усами, Карузо производил неотразимое впечатление на женщин чарующей магией своего голоса. В начале своей карьеры Карузо был помолвлен с дочерью директора оперного театра, где он пел. В последний момент он ухитрился сорвать обручение и сбежать с балериной этого же театра.

Карузо часто привлекали женщины старше его. Он влюбился в Аду Гиачетти, оперную певицу старше его на 10 лет. Отвечая на страсть своего молодого любовника взаимностью, Ада отказалась от собственной карьеры оперной певицы. В свою очередь, Карузо начал отказываться от любовных предложений близкого знакомства, поступающих к нему от неисчислимого количества поклонниц, хотя его постоянный флирт часто выводил Аду из себя. Их совместная жизнь, отмеченная многочисленными скандалами и взаимными обвинениями в супружеских изменах и неверности, продолжалась 11 лет. У них родилось два сына. Припадки ревности Карузо были в конце концов оправданы, когда Ада сбежала с молодым шофером их машины. Карузо был в шоке и перенес нервное заболевание, которое чуть было не погубило его музыкальную карьеру. Затем, пытаясь отомстить Аде, которую, кстати, он продолжал любить, Карузо завел непродолжительный, но бурный роман с младшей сестрой Ады. Когда такая тактика не заставила Аду вернуться в семью, Карузо окружил себя целой толпой восторженных почитательниц его таланта, многие из которых стали его любовницами. Ада, в свою очередь, подала на него в суд, требуя, чтобы он вернул ей драгоценности, которые "похитил". До суда дело, впрочем, не дошло, поскольку Карузо предложил Аде выплачивать ей определенную суму денег ежемесячно, и она благосклонно приняла его предложение.

Известный ирландский тенор Джон Маккормак при встрече с Карузо воскликнул: «Приветствую величайшего тенора в мире!» - «Здравствуйте, Джонни, - ответил Карузо. - А что, разве вы теперь поете баритоном?».

Карузо Энрико

В возрасте 45 лет Карузо в очередной раз удивил весь музыкальный мир, женившись на Дороти Бенджамин, спокойной и даже несколько чопорной женщине моложе его на 20 лет. Дороти не была любительницей музыки. Ее отец был против этого брака и лишил ее наследства после того, как свадьба все же состоялась. Вскоре у Дороти родилась дочь. До конца своих дней Карузо очень любил Дороти. Он по-прежнему был очень ревнив и часто упрашивал жену, чтобы она стала "очень-очень толстой, чтобы ни один мужчина никогда бы на нее даже не посмотрел".

В 1906 году Карузо произвел сенсацию, когда его арестовали в Нью-Йорке после того, как он ущипнул незнакомую женщину пониже спины во время прогулки по зоопарку в Центральном парке города. Пресса обрушилась на Карузо, называя его "итальянским извращенцем", приехавшим в США лишь для того, чтобы совращать невинных американок. Во время слушания дела в суде перед присяжными выступила незнакомка, чье лицо скрывала вуаль. Она утверждала, что Карузо приставал к ней прямо в театре "Метрополитен Опера". Представитель полицейского управления заявил, что у него заведено целое дело на Карузо, поскольку тот, по утверждениям потерпевших, часто пристает к женщинам. Карузо был признан виновным и оштрафован, несмотря на то, что полицейский, арестовавший его в зоопарке, был известен как специалист, который умел сфабриковать любое обвинение против кого бы то ни было. Кроме этого, этот же полицейский был свидетелем на свадьбе "потерпевшей", 30-летней Ханны Грэм из Бронкса. До конца своей жизни Карузо так и не признал это обвинение и всегда утверждал, что все дело было подстроено его конкурентами и недоброжелателями в музыкальном мире для того, чтобы с помощью этого скандала уничтожить его популярность в Америке. Друзья Карузо указали также на то, что он перед этим только что вернулся из Латинской Америки, где такое было в порядке вещей и, где на это никто не обратил бы ни малейшего внимания. Возможно, говорили они, Карузо просто забыл, где он находится.

Карузо Энрико

Карузо был весьма обеспокоен тем, что этот скандал полностью разрушил его репутацию. Довольно долго он не выступал и прятался от прессы. В конце концов он вернулся на сцену и триумфально выступил в Нью-Йорке, встреченный бурей аплодисментов истинных любителей музыки, которые восторженно относились к его таланту и не обращали внимания на его выходки вне сцены оперных театров.

Энрико Карузо до сих пор считается одним из самых талантливых и популярных оперных певцов, которых когда-либо знал музыкальный мир.

Энрико Карузо при жизни испытал неслыханную славу, она была исключительной. Он считался самым высокооплачиваемым в мире оперным певцом, его гонорары выросли от 15 итальянских лир в начале карьеры, когда он пел в итальянских провинциальных театрах, до 2,5 тысячи долларов за каждый спектакль в "Метрополитен-опера".

Но ни богатство, ни ордена и награды (Карузо был обладателем орденов и почетных титулов многих европейских государств), ни восхищение сильных мира сего, ни искренняя любовь коллег и публики не изменили его натуры.

Что необходимо певцу? Широкая грудь, широкая глотка, девяносто процентов памяти, десять процентов ума, много тяжелой работы и кое-что в сердце.

Карузо Энрико

Энрико Карузо творчество:

Questa o quella (Верди "Риголетто")

Pour moi jour est tout mystere (Чайковский "Евгений Онегин")

La donna e mobile (Верди "Риголетто")

Libiamo, libiamo (Верди "Травиата")

Una fortuna lagrima (Доницетти "Любовный напиток")

Di quella pira (Верди "Травиата")

Che gelida manina (Пуччини "Богема")

Di`tu se fedele (Верди "Бал-маскарад")

Recitar!.. Vesti la giubba (Леонкавалло "Паяцы")

Bella figlia dell`amore (Верди "Риголетто")

La fleur que tu m`avais jetee (Бизе "Кармен")

Ah si, ben mio (Верди "Трубадур")

O soave fanciulla (Пуччини "Богема")

Celeste Aida (Верди "Аида")

Elucevan le stella (Пуччини "Тоска")

Spirito gentil, neёsogni miei (Доницетти "Фаворитка")

Chi mi frena in tal momento? (Доницетти "Лючия ди Ламммермур")

O figli, o figli miei... (Верди "Макбет")

A cette voix quel trouble... (Бизе "Искатели жемчуга")

Chi mi frena in tal momento... (Доницетти "Лючия да Ламмурмур")

Amor ti vieta (Джоржано "Федора")

Энрико Карузо - цитаты

Арбуз - превосходная пища: сразу и ешь, и пьешь, и умываешься.

Известный ирландский тенор Джон Маккормак при встрече с Карузо воскликнул: «Приветствую величайшего тенора в мире!» - «Здравствуйте, Джонни, - ответил Карузо. - А что, разве вы теперь поете баритоном?».

Тенор должен страдать. Тогда его больше любят.

Enrico Caruso / Энрико Карузо

Ruggero Leoncavallo, "Pagliacci", ariozo Canio " Recitar!" - "Vesti la giubba"

Giacomo Puccini, Tosca-Act I, Recondita armoni (Cavaradossi)


Великого итальянского тенора Энрико Карузо называют королём оперного искусства. Его голос поражает красотой и необыкновенной выразительностью звучания. Энрико знал более ста опер на разных языках, исполнял бесчисленное количество песен любого жанра. «Властителем людских сердец» считал его публицист Никола Даспуро. Газета «Фигаро» писала о Карузо как об артисте «со слезой в голосе», певце, который пел с такой выразительностью и с таким теплом, как никто другой. Сам артист, перечисляя качества, необходимые для того, чтобы стать великим певцом, называл «широкую грудь, большое горло, отличную память, ум, уйму работы и… кое-что в сердце»!

Энрико Карузо родился 25 (по некоторым источникам — 26 и даже 27) февраля 1873 года в Неаполе, в семье рабочего-механика. С детства он был захвачен оперной музыкой и неаполитанскими песнями. Юный Карузо пел по праздникам в хоре церкви Святой Анны. Оценив его талант, маэстро Гульельмо Верджине пригласил 19-летнего Энрико в свою школу пения Храм бельканто.

Официальный дебют Карузо состоялся в неаполитанском театре Нуово 24 декабря 1895 года. Малоизвестная опера Морелли «Друг Франческо» была освистана публикой. Правда, галёрка неистово аплодировала Карузо, но там были его друзья.

На молодого певца обратил внимание театральный агент Франческо Дзукки. Он напечатал афишу, на которой было начертано крупными буквами: «В опере выступит замечательный тенор Энрико Карузо». Уловка Дзукки удалась: его подопечный снискал успех.

Триумф певца рос от спектакля к спектаклю. Но пройдёт восемь лет, прежде чем Карузо завоюет признание не только в Италии, но и за её пределами. Молодой тенор гастролировал в крупнейших театрах мира. Миланский «Ла Скала», «Метрополитен-опера» в Нью-Йорке, «Колон» в Буэнос-Айресе, «Сан-Карло» в Неаполе, прославленные оперные театры Петербурга и Москвы и многие другие театры Европы и Америки хотят видеть на своей сцене Карузо.

В 1903 году Энрико приехал в США. Он заключил контракт с «Метрополитен-опера» и вскоре стал её первым солистом. В Америке Карузо с самого начала сопутствовал неизменный успех. Летопись театра «Метрополитен-опера» констатирует, что подобного успеха здесь не имел ни один другой артист. Большой зал театра не мог вместить всех желающих. Приходилось открывать театр за одиннадцать часов до начала представления!

Энрико Карузо считался самым высокооплачиваемым оперным певцом мира, его гонорары выросли от 15 итальянских лир в начале карьеры до 2,5 тысячи долларов за каждый спектакль в «Метрополитен-опера». Руководитель театра Джулио Гатти-Казацца утверждал, что «никакой гонорар не может быть для него чрезмерным».

Миллиардер Генри Смит, чтобы получить согласие Карузо на выступление в его доме, предложил артисту сумму на доллар больше, чем «Метрополитен-опера». Другой миллиардер вёл переговоры с итальянским тенором о серии концертов в зале его дворца.

Карузо был законодателем моды в Америке и Европе. Многие артисты подражали ему в манере держаться на сцене. Причёска «под Карузо» была очень популярна в начале века. О его любви к вещам ходили легенды. В гардеробе певца всегда было не менее пятидесяти костюмов и восьмидесяти пар обуви.

По словам биографа Витторио Торторелли, великий Карузо был властелином толпы. Но он был добрый, весёлый человек, остро и глубоко реагировавший на дружеские чувства; несмотря на богатство и именитость, он был готов щедро помогать людям, доставлять им радость и счастье.

Высокого мнения о нём были коллеги. Джакомо Пуччини, впервые услышав в исполнении 24-летнего Карузо арию Каварадосси из «Тоски», воскликнул: «Ты послан мне самим Богом!»

Фёдор Иванович Шаляпин, с которым Карузо связывали не только несколько совместных выступлений, но и тёплые дружеские отношения и общая страсть к рисованию, в одном из интервью рассказал о своей первой встрече с великим итальянцем на сцене «Ла Скала»: «Карузо произвёл на меня самое очаровательное впечатление, весь его облик олицетворял сердечную доброту. А его голос — это идеальный тенор. Каким наслаждением было петь с ним вместе!»

Осенью 1907 года в порту Нью-Йорка собралась большая группа эмигрантов из Италии. Для того чтобы попасть в Америку, им необходимо было иметь с собой не менее 50 долларов. У большинства семей такой суммы не оказалось. И тут кто-то вспомнил о Карузо. Когда певцу сообщили о проблеме соотечественников, он тут же выделил эмигрантам необходимую сумму. Позже он не раз устраивал благотворительные концерты в пользу земляков.

История с эмигрантами имела неожиданное продолжение. Зимой к певцу пришёл мальчик с букетом цветов и конвертом, в который были вложены 50 долларов. Это итальянская семья пекарей с благодарностью возвращала певцу долг. Энрико тут же отправился к пекарю в гости. Весело, по-семейному, Карузо провёл с земляками вечер. И, конечно, не забыл вернуть им деньги.

Каждый год Энрико посещал Неаполь. Он помогал друзьям, как только мог: одевал, давал деньги, устраивал на работу. Карузо пел для них в таверне неаполитанские песни.

Слава и богатство не вскружили голову Карузо даже тогда, когда он достиг зенита и обрёл идолопоклонников. Он остался скромным, хотя и не лишённым экстравагантности, — такой уж был склад его натуры.

В один из летних дней в саду парижского кафе выступали бродячие музыканты. Мальчик играл на аккордеоне, а старик, вероятно, его отец, обходил столики с тарелкой в руках. Элегантный представительный господин в соломенной шляпе, куривший сигару, с любопытством следил за происходящим. Он был крайне удивлён, когда увидел всего несколько монет в тарелке, — мальчик играл прекрасно. Выяснив, что музыканты — итальянцы из Бари, он попросил мальчика сыграть «О моё солнце».

Когда зазвучала мелодия, господин, надвинув на лоб соломенную шляпу, запел во весь голос знаменитую песню ди Капуа, жестом руки предлагая старику обходить посетителей. Очень скоро тарелка наполнилась монетами до краёв, а потом ещё и ещё раз. По голосу кто-то узнал Карузо. Бродячие музыканты стояли потрясённые. Энрико Карузо — а это был действительно он, — сияя от удовольствия, радостно смеялся. Народ уже толпился у входа сада-ресторана. Друзья поспешили увести певца из кафе.

Карузо, как истинно великий человек, подсмеивался над своей славой и часто рассказывал следующую историю. Однажды у Карузо сломалась машина, и, пока её чинили, он был вынужден остановиться у местного фермера. Когда певец назвал себя, фермер вскочил, пожал руку Карузо и взволнованно произнёс: «Мог ли я когда-нибудь думать, что увижу в своей маленькой кухне великого путешественника Робинзона Карузо!»

А вот ещё одна известная история. Когда Карузо, уже прославленный певец, пришёл в банк, чтобы получить по чеку значительную сумму, оказалось, что у него нет при себе документов.

— Но я же Карузо! — воскликнул он.

— А чем вы это докажете? — спросил клерк.

Певец нахмурился, потом его лицо просветлело. Он запел арию Каварадосси из оперы «Тоска». Исполнение было столь великолепным и чистым, что восхищённый банковский служащий тут же выдал ему деньги.

Рассказывали, что, взяв как-то высокую ноту, Карузо разбил висевшую рядом люстру. Американский отоларинголог Уильям Ллойд зафиксировал в голосе Карузо 560 колебаний в секунду. От такого колебания могли лопнуть оконные стёкла.

В Берлине в одном из театров узнали, что Карузо — заядлый курильщик и бросает повсюду непотушенные окурки. К нему приставили пожарного, который следовал за ним с ведром повсюду, где бы он ни находился.

В Мехико Карузо пел «Кармен» под открытым небом на Пласа де Торос в присутствии тридцати тысяч зрителей. Объявление о выступлении Карузо было вывешено лишь за день до спектакля. На афише была простая надпись: «Поёт Карузо». Мексиканцы брали места штурмом. Более десяти тысяч человек не смогли попасть на концерт. Ни силы властей, ни дождь, обрушившийся во время спектакля на импровизированный театр, не могли заставить охваченную экстазом бурлящую толпу, готовую на любые жертвы, покинуть площадь.

По окончании последней сцены, вызвавшей всеобщий восторг, Карузо удалился под охраной полиции, приставленной следить за общественным порядком. Нужно было уберечь Карузо от неистовства восторженных поклонников.

В чём причина триумфа Карузо? Певец попытался ответить на этот вопрос в своём письме жене Дороти: «Наверное, тем, что в этот раз я пел, как никогда в жизни. Нечеловеческим напряжением всех сил мне удалось посредством голоса передать публике мои чувства и переживания, добиться духовного единения с ней. И это захватило её».

Карузо пользовался большим успехом у женщин. У дверей его гостиничного номера дежурили поклонницы — наследницы богатейших семей Америки. В августе 1918 года 45-летний тенор женился на американке Дороти Парк Бенджамен. Через год у них родилась дочь Глория. Кроме того, у Карузо было два внебрачных сына — Энрико и Рудольфо.

24 декабря 1920 года Карузо выступал в театре «Метрополитен-опера» последний раз. Это было шестьсот седьмое появление артиста на сцене этого театра. Карузо пропел пять актов «Дочери кардинала». Публика неистово аплодировала, кричала «бис». Но певец был уже серьёзно болен. У Карузо развивался в тяжёлой форме гнойный плеврит, и многочисленные операции лишь продлили его жизнь.

Энрико Карузо умер утром 2 августа 1921 года в Неаполе. Ему было всего 48 лет. Тело великого певца было набальзамировано и выставлено в центральном зале отеля «Везувио» в хрустальном гробу. Три дня и три ночи прощались итальянцы со своим кумиром. Прах Карузо погребён в Неаполе, на кладбище Пьянто, в специально возведённой капелле.

В сентябре 1921 года из Америки в Неаполь была доставлена огромная восковая свеча весом в пять центнеров — дар американского народа. Свечу планировали зажигать раз в год перед изображением Богоматери в память великого артиста, кумира миллионов. Эту гигантскую свечу отлили в Нью-Йорке по заказу «Объединённых больниц», институтов и приютов Америки, которым Карузо оказывал помощь.

Тысячи туристов из всех стран мира стекаются ежегодно в морское предместье Неаполя Санта-Лючия, посещают небольшое кладбище Пьянто, театр Сан-Карло — места, связанные с именем Карузо, чтобы почтить его память.

Сторожа закрытой часовни, где покоится Карузо, оберегают её от причуд посетителей. Одна нью-йоркская студентка осталась на кладбище после его закрытия, для того чтобы побыть в обществе великого певца до восхода луны. Пожилая женщина, тоже американка, готова была отдать последние деньги за то, чтобы ей разрешили посидеть до ночи на ступеньках часовни и воскресить воспоминание о том, как в далёкие дни своей молодости она слушала Карузо.

К счастью, остались записи голоса Энрико Карузо: он стал первым певцом, чей репертуар был записан на пластинках, а знаменитое ариозо «Смейся, паяц!» разошлось миллионным тиражом. Всего же Карузо было напето около 500 пластинок с более чем 200 произведениями!

Многие тенора преклоняются перед талантом Энрико Карузо. Однажды Лучано Паваротти остановился в гостинице «Эксцельсиор». Узнав, что Карузо обычно жил в соседней гостинице «Везувий», он сказал себе, что в следующий раз обязательно остановится в «Везувии» и, если возможно, в его номере. «Затрудняюсь объяснить, почему мне так захотелось, — писал Паваротти. — Может быть, это дань уважения, может быть, признательность, может быть, суеверие. Возможно, я подумал, что, пока буду жить там, он научит меня чему-то ещё в искусстве пения».

Трудно не согласиться с Торторелли, заявившим: «Память о Карузо будет жить до тех пор, пока в сердцах людей не угаснет любовь к музыке, пению и великим артистам».



Recitar!… mentre preso dal delirio

Non so più quel che dico e quel che faccio!
Eppur… è d’uopo… sforzati!
Bah! Sei tu forse un uom?
Tu se" Pagliaccio!

Vesti la giubba, e la faccia infarina.
La gente paga e rider vuole qua.
E se Arlecchin t’invola Colombina,ridi,
Pagliaccio, e ognun applaudirà!
Tramuta in lazzi lo spasmo ed il pianto,
in una smorfia il singhiozzo e’l dolor — Ah!
Ridi, Pagliaccio, sul tuo amore infranto.
Ridi del duol che t’avvelena il cor.



Recondita armonia di bellezze diverse!
È bruna Floria, l’ardente amante mia.
E te, beltade ignota, cinta di chiome bionde,
Tu azzurro hai l’occhio,
Tosca ha l’occhio nero!

L’arte nel suo mistero,
le diverse bellezze insiem confonde…
Ma nel ritrar costei,
Il mio solo pensiero,
Ah! il mio sol pensier sei tu,
Tosca, sei tu!


, Королевство Италия

Страна

Королевство Италия Королевство Италия

Профессии Певческий голос Коллективы

Биография

Энрико Карузо скончался утром 2 августа 1921 года в Неаполе в возрасте 48 лет от гнойного плеврита . Его тело было забальзамировано и на протяжении длительного времени выставлялось для всеобщего обозрения в стеклянном саркофаге. В 1929 году по настоянию его вдовы, Дороти Карузо, был захоронен в каменной гробнице. После его смерти в его честь была изготовлена гигантская восковая свеча на средства благодарных ему людей. Эта свеча должна зажигаться раз в год перед ликом Мадонны. По расчётам, эта свеча должна зажигаться на протяжении 500 лет.

Пример голоса

    "Sì, pel ciel marmoreo giuro!"
    Запись 1914 года. Титта Руффо и Энрико Карузо в опере Джузеппе Верди "Отелло "

Факты

Напишите отзыв о статье "Карузо, Энрико"

Примечания

Литература

На русском языке
  • Булыгин А. К. Карузо М.: Молодая гвардия, 2010. 438 с. (Жизнь замечательных людей : сер. биогр.; вып. 1264).
  • Ильин Ю., Михеев С. Великий Карузо. СПб.: Глаголъ, 1995. 264 с.
  • Торторелли В. Энрико Карузо / Пер. с итал. Н. В. Вишневской; Общая редакция И. И. Мартынова. - М .: Музыка , 1965. - 176, с. - 75 000 экз.
  • Фучито С., Бейер Б. Дж. Искусство пения и вокальная методика Энрико Карузо / Пер. с нем. СПб.: Композитор, 2004. 56 с.
  • Энрико Карузо на сцене и в жизни / пер. с англ. П.П.Малькова; общая редакция М.П.Малькова. - М .: Аграф, 2002. - 480 с. - (Волшебная флейта). - 1500 экз. - ISBN 5-7784-0206-6 .
  • Мальков М.П. /Энрико Карузо на сцене и в жизни:М.Аграф, 2002, стр.450-460.
На иностранных языках
  • Bolig, J. R. Caruso records: a history and discography. Mainspring Press, 2002. 216 p.
  • Caruso, Dorothy. Enrico Caruso: His Life and Death, with discography by Jack Caidin. Grant Press, 2007. 316 p.
  • Caruso D., Goddard, T. Wings Of Song. New York, 1928. 220 p.
  • Caruso, Enrico, Jr. Caruso’s Caricatures. Dover Publications, 1993. 214 p.
  • Caruso, Enrico, Jr. My Father and My Family (Opera Biography Series, № 2). Amadeus Press, 2003. 488 p.
  • Fucito, Salvatore. Caruso and the Art of Singing. Dover Publications, 1995. 224 p.
  • Gara, Eugenio, Caruso: Storia di un emigrante. Milan: Rizzoli, 1947. 281 p.
  • Gargano, Pietro & Cesarini, Gianni. Caruso, Vita e arte di un grande cantante. Longanesi, 1990. 336 p.
  • Gargano, Pietro. Una vita una leggenda. Editoriale Giorgio Mondadori, 1997. 159 p.
  • Greenfield, Howard S. Caruso: An Illustrated Life. Trafalgar Square Publishing, 1991. 192 p.
  • Jackson, Stanley. Caruso. Stein And Day Publishers. New York, 1972. 302 p.
  • Key P. V. R., Zirato В., Enrico Caruso: A Biography. Boston: Little, Brown, and Co, 1922. 459 p.
  • Michele, Mary di. Tenor of Love: A Novel. Penguin Canada, 2004. 336 p.
  • Mouchon, Jean-Pierre. Enrico Caruso: His Life and Voice. Gap, France: Editions Ophrys, 1974. 74 p.
  • Robinson, Francis. Caruso His Life in Pictures. With discography by John Secrist. N. York and London Studio Publications, inc., 1957. 159 p.
  • Scott, Michael. The Great Caruso. Northeastern University Press, 1989. 322 p.
  • Vaccaro, Riccardo. Caruso. Edizioni Scientifiche Italiane, 1995. 466 p.
  • Ybarra, T. E. Caruso: the Man of Naples and the Voice of Gold. New-York: Harcourt, Brace and Company, 1953. 315 p.

См. также

  • в книге «100 великих вокалистов»

Ссылки

Отрывок, характеризующий Карузо, Энрико

Он взглянул на нее, и серьезная страстность выражения ее лица поразила его. Лицо ее говорило: «Зачем спрашивать? Зачем сомневаться в том, чего нельзя не знать? Зачем говорить, когда нельзя словами выразить того, что чувствуешь».
Она приблизилась к нему и остановилась. Он взял ее руку и поцеловал.
– Любите ли вы меня?
– Да, да, – как будто с досадой проговорила Наташа, громко вздохнула, другой раз, чаще и чаще, и зарыдала.
– Об чем? Что с вами?
– Ах, я так счастлива, – отвечала она, улыбнулась сквозь слезы, нагнулась ближе к нему, подумала секунду, как будто спрашивая себя, можно ли это, и поцеловала его.
Князь Андрей держал ее руки, смотрел ей в глаза, и не находил в своей душе прежней любви к ней. В душе его вдруг повернулось что то: не было прежней поэтической и таинственной прелести желания, а была жалость к ее женской и детской слабости, был страх перед ее преданностью и доверчивостью, тяжелое и вместе радостное сознание долга, навеки связавшего его с нею. Настоящее чувство, хотя и не было так светло и поэтично как прежнее, было серьезнее и сильнее.
– Сказала ли вам maman, что это не может быть раньше года? – сказал князь Андрей, продолжая глядеть в ее глаза. «Неужели это я, та девочка ребенок (все так говорили обо мне) думала Наташа, неужели я теперь с этой минуты жена, равная этого чужого, милого, умного человека, уважаемого даже отцом моим. Неужели это правда! неужели правда, что теперь уже нельзя шутить жизнию, теперь уж я большая, теперь уж лежит на мне ответственность за всякое мое дело и слово? Да, что он спросил у меня?»
– Нет, – отвечала она, но она не понимала того, что он спрашивал.
– Простите меня, – сказал князь Андрей, – но вы так молоды, а я уже так много испытал жизни. Мне страшно за вас. Вы не знаете себя.
Наташа с сосредоточенным вниманием слушала, стараясь понять смысл его слов и не понимала.
– Как ни тяжел мне будет этот год, отсрочивающий мое счастье, – продолжал князь Андрей, – в этот срок вы поверите себя. Я прошу вас через год сделать мое счастье; но вы свободны: помолвка наша останется тайной и, ежели вы убедились бы, что вы не любите меня, или полюбили бы… – сказал князь Андрей с неестественной улыбкой.
– Зачем вы это говорите? – перебила его Наташа. – Вы знаете, что с того самого дня, как вы в первый раз приехали в Отрадное, я полюбила вас, – сказала она, твердо уверенная, что она говорила правду.
– В год вы узнаете себя…
Целый год! – вдруг сказала Наташа, теперь только поняв то, что свадьба отсрочена на год. – Да отчего ж год? Отчего ж год?… – Князь Андрей стал ей объяснять причины этой отсрочки. Наташа не слушала его.
– И нельзя иначе? – спросила она. Князь Андрей ничего не ответил, но в лице его выразилась невозможность изменить это решение.
– Это ужасно! Нет, это ужасно, ужасно! – вдруг заговорила Наташа и опять зарыдала. – Я умру, дожидаясь года: это нельзя, это ужасно. – Она взглянула в лицо своего жениха и увидала на нем выражение сострадания и недоумения.
– Нет, нет, я всё сделаю, – сказала она, вдруг остановив слезы, – я так счастлива! – Отец и мать вошли в комнату и благословили жениха и невесту.
С этого дня князь Андрей женихом стал ездить к Ростовым.

Обручения не было и никому не было объявлено о помолвке Болконского с Наташей; на этом настоял князь Андрей. Он говорил, что так как он причиной отсрочки, то он и должен нести всю тяжесть ее. Он говорил, что он навеки связал себя своим словом, но что он не хочет связывать Наташу и предоставляет ей полную свободу. Ежели она через полгода почувствует, что она не любит его, она будет в своем праве, ежели откажет ему. Само собою разумеется, что ни родители, ни Наташа не хотели слышать об этом; но князь Андрей настаивал на своем. Князь Андрей бывал каждый день у Ростовых, но не как жених обращался с Наташей: он говорил ей вы и целовал только ее руку. Между князем Андреем и Наташей после дня предложения установились совсем другие чем прежде, близкие, простые отношения. Они как будто до сих пор не знали друг друга. И он и она любили вспоминать о том, как они смотрели друг на друга, когда были еще ничем, теперь оба они чувствовали себя совсем другими существами: тогда притворными, теперь простыми и искренними. Сначала в семействе чувствовалась неловкость в обращении с князем Андреем; он казался человеком из чуждого мира, и Наташа долго приучала домашних к князю Андрею и с гордостью уверяла всех, что он только кажется таким особенным, а что он такой же, как и все, и что она его не боится и что никто не должен бояться его. После нескольких дней, в семействе к нему привыкли и не стесняясь вели при нем прежний образ жизни, в котором он принимал участие. Он про хозяйство умел говорить с графом и про наряды с графиней и Наташей, и про альбомы и канву с Соней. Иногда домашние Ростовы между собою и при князе Андрее удивлялись тому, как всё это случилось и как очевидны были предзнаменования этого: и приезд князя Андрея в Отрадное, и их приезд в Петербург, и сходство между Наташей и князем Андреем, которое заметила няня в первый приезд князя Андрея, и столкновение в 1805 м году между Андреем и Николаем, и еще много других предзнаменований того, что случилось, было замечено домашними.
В доме царствовала та поэтическая скука и молчаливость, которая всегда сопутствует присутствию жениха и невесты. Часто сидя вместе, все молчали. Иногда вставали и уходили, и жених с невестой, оставаясь одни, всё также молчали. Редко они говорили о будущей своей жизни. Князю Андрею страшно и совестно было говорить об этом. Наташа разделяла это чувство, как и все его чувства, которые она постоянно угадывала. Один раз Наташа стала расспрашивать про его сына. Князь Андрей покраснел, что с ним часто случалось теперь и что особенно любила Наташа, и сказал, что сын его не будет жить с ними.
– Отчего? – испуганно сказала Наташа.
– Я не могу отнять его у деда и потом…
– Как бы я его любила! – сказала Наташа, тотчас же угадав его мысль; но я знаю, вы хотите, чтобы не было предлогов обвинять вас и меня.
Старый граф иногда подходил к князю Андрею, целовал его, спрашивал у него совета на счет воспитания Пети или службы Николая. Старая графиня вздыхала, глядя на них. Соня боялась всякую минуту быть лишней и старалась находить предлоги оставлять их одних, когда им этого и не нужно было. Когда князь Андрей говорил (он очень хорошо рассказывал), Наташа с гордостью слушала его; когда она говорила, то со страхом и радостью замечала, что он внимательно и испытующе смотрит на нее. Она с недоумением спрашивала себя: «Что он ищет во мне? Чего то он добивается своим взглядом! Что, как нет во мне того, что он ищет этим взглядом?» Иногда она входила в свойственное ей безумно веселое расположение духа, и тогда она особенно любила слушать и смотреть, как князь Андрей смеялся. Он редко смеялся, но зато, когда он смеялся, то отдавался весь своему смеху, и всякий раз после этого смеха она чувствовала себя ближе к нему. Наташа была бы совершенно счастлива, ежели бы мысль о предстоящей и приближающейся разлуке не пугала ее, так как и он бледнел и холодел при одной мысли о том.
Накануне своего отъезда из Петербурга, князь Андрей привез с собой Пьера, со времени бала ни разу не бывшего у Ростовых. Пьер казался растерянным и смущенным. Он разговаривал с матерью. Наташа села с Соней у шахматного столика, приглашая этим к себе князя Андрея. Он подошел к ним.

Личная жизнь Энрико Карузо

Энрико Карузо до сих пор считается одним из самых талантливых и популярных оперных певцов, которых когда-либо знал музыкальный мир. В его короткой и яркой жизни было много: и полунищее детство, и феноменальная популярность, миллионы долларов на счету и взрывы бомб на спектаклях, плачущие от счастья и радости зрители и разгромные статьи в прессе…

А еще в его жизни были две женщины – в разное время они подарили ему семью и детей . Подарили ему вдохновение.

Энрико Карузо родился 25 февраля 1873 года в бедном промышленном районе Неаполя, в многодетной семье. Отец, Марчелло Карузо, был рабочим, мать, Анна Мария – домохозяйкой. Энрико еще в детстве осознал, что у него поистине «золотой» голос. Правда, его школьная учительница пения утверждала, что он напрочь лишен и слуха, и голоса.

Не соглашавшийся с нею Энрико зарабатывал на жизнь пением песен на улицах и в кафе Неаполя, чтобы хоть как-то помочь своей семье, жившей совсем не богато. Окончив всего три класса, он бросил школу, пел в церковном хоре и подрабатывал тем, что распевал серенады возлюбленным богатых прихожан.

Дивный голос 18-летнего итальянского паренька случайно услышал певец Эдоардо Миссиано – и этот случай стал для юного Энрико доброй улыбкой Госпожи удачи . Уже через шесть лет, после упорной работы с разными преподавателями пения и дебюта в театрах Неаполя и Палермо, Энрико Карузо предложили выступить на подмостках знаменитого миланского театра «Ла Скала». Выступление закончилось долгой зрительской овацией, и окрыленный Карузо отправился на свои первые гастроли – в Россию.

Энрико Карузо обладал голосом, который никого не осталял равнодушным. Многие выдающиеся композиторы того времени мечтали работать с Карузо. Джакомо Пуччини, в первый раз услышав голос певца, назвал его «посланником Бога»!

Невысокий, плотный, с широкой грудью и большими, смешно топорщившимися усами, Карузо чарующей магией своего голоса производил неотразимое впечатление и на женщин. Будучи «неистовым неаполитанцем», Карузо очень быстро «вспыхивал» - коротких историй страсти у него было множество, в том числе, и весьма скандальных.

Но была в жизни Карузо и настоящая любовь. Настоящая и во многом трагическая.

В первом своем турне – российском – Карузо выступал вместе с оперной певицей Адой Джакетти, и у них моментально возник бурный роман. А надо сказать, что, несмотря на обилие любовных интрижек, Энрико очень серьезно подходил к выбору кандидатки, способной занять место его официальной жены. И когда ему показалось, что Ада может занять его, он даже думать не позволял себе о каком-либо флирте на стороне! Официально они так и не заключили брак, хотя прожили вместе 11 лет и Ада родила ему сыновей – Родольфо и Энрико-сладшего.

Но что это была за семья! Будучи старше Энрико на десять лет, имевшая больше сценического опыта и окончившая не только школу, Ада сумела многое дать Энрико – и в развитии артистичности, и в ликвидации пробелов (точнее, одного сплошного пробела) в образовании). Но все это происходило в «мирные» периоды существования двух «огненных» итальянцев.

Оба вспыльчивые, с хорошо поставленными голосами – их громкие ссоры с интересом выслушивали соседи во всей округе. Совместная жизнь их была отмечена многочисленными скандалами и взаимными обвинениями в супружеской неверности . На свои амурные похождения Энрико смотрел сквозь пальцы, зато поводом для его ревности могло стать все, что угодно. Тем более, что Ада, судя по всему, позволяла себе давать и вполне серьезные поводы. В конце концов, Ада все-таки бросила Карузо, сбежав от него со служившим у них молоденьким водителем!

Карузо был в шоке и перенес нервное заболевание, но, несмотря на пережитое унижение, продолжал любить Аду до безумия. Как и следовало ожидать от «неистового неаполитанца», за безумством любви последовало безумство мести. Пытаясь досадить неверной беглянке, Карузо завел непродолжительный, но бурный роман с ее младшей сестрой Риной. Когда даже такая тактика не заставила Аду вернуться в семью, Карузо окружил себя толпой восторженных почитательниц, многие из которых стали его любовницами. Но добился он лишь того, что Ада подала на него в суд, требуя, чтобы он вернул «похищенные» у нее драгоценности. Правда, до суда дело не дошло, благоразумие с обеих сторон взяло верх: Карузо предложил Аде регулярную выплату определенной суммы денег, и она «благосклонно» приняла это предложение.

Воспоминания о времени, проведенном с Адой, остались для него незаживающей раной. Разочарованный в любви и потерявший веру в семейное счастье, Карузо превратил свою жизнь в наслаждение богатством. Он потратил целое состояние, чтобы окружить себя роскошью, и никогда ни в чем себе не отказывал. Заядлый курильщик , он выкуривал по две пачки сигарет в день, рискуя при этом потерять свой уникальный голос. НА гастролях в Берлине, по приказу руководства театра, за ним всюду неотступно следовал пожарный с ведром воды, гася окурки, разбрасываемые великим тенором.

Но, став богачом, Карузо не стал жадным и никогда никому не отказывал в помощи, очень много жертвовал на благотворительность. На этом поприще он не имеет себе равных среди деятелей искусства: за годы Первой мировой войны артист принес своими выступлениями одному только Красному Кресту 21 миллион долларов!

В начале 1918 года, незадолго до его 45-летия, жизнь Карузо круто изменилась – он встретил свою по-настоящему красивую любовь в лице молодой американки Дороти Бенджамин. Судьба свела их на крестинах сына Фернандо Танара, бывшего педагога Карузо. Дороти происходила из известной в Америке аристократической семьи. Ее дед был газетным магнатом, дружил с Эдгаром По и Генри Лонгфелло. Когда Карузо первый раз посетил ее семью, он понял, что Дороти именно та, которую он так долго искал. Девушка была хорошо образованна, не имела отношения к миру музыки, а в общении была скромна и уравновешенна. Встреча с ней в корне изменила жизнь великого тенора. Дороти стала предметом его страстного обожания и нежной заботы, и 21 августа 1918 года влюбленные обвенчались.

Пережив немало бурных романов, Карузо хотел простых и теплых семейных отношений. Он не ошибся в выборе – Дороти оправдала его ожидания. А он излил на нее всю накопившуюся за годы нерастраченную нежность.

В 46 лет Карузо стал отцом дочери, которую назвал Глория и которую так же, как и жену, заваливал огромным количеством подарков. Карузо просто сходил с ума от счастья, ведь он, наконец, имел все то, к чему стремился всю жизнь: верную и любящую жену, а теперь еще и любимую дочку.

Увы, их счастье было недолгим… Всего три года он был любящим мужем и всего лишь два года – счастливым отцом. 2 августа 1921 года Энрико Карузо не стало. Но, как написала Дороти в своей книге воспоминаний, эти три года счастья равны иным тридцати годам обычной человеческой жизни!

Певца начали мучить сильнейшие приступы головной боли , затем добавился гнойный плеврит. На последних гастролях Энрико, с трудом превозмогая боль в горле, сумел все же блистательно исполнить в первом акте свою партию, не выпуская из рук окровавленного полотенца, которым постоянно промокал губы. Ошарашенная публика в ужасе наблюдала за ним, слышались выкрики: «Остановите спектакль! Остановите Карузо!»

Энрико Карузо был похоронен в Неаполе, в специально возведенной капелле на кладбище Пьянто. Кстати, если интересует куда пойти сегодня , заходите на сайт moow.life

Энрико Карузо (1873-1921) - итальянский оперный певец. Он родился 25 февраля 1873 года в семье бедных рабочих. Родители видели в сыне инженера, но он с детства мечтал стать музыкантом. Только невероятное трудолюбие вкупе с талантом помогло мальчику выбраться из нищеты, стать известным на весь мир. Даже сейчас люди продолжают чтить его память, вспоминать великолепное исполнение лирических и драматических произведений. Особенно хорошо у музыканта получались традиционные неаполитанские песни. Примечательно, что у Карузо было минимальное музыкальное образование. Он обучался в вечерней школе. Преподавателем для тенора стал пианист Скирарди и маэстро де Лютно. Также юношу обучал бархатный баритон Миссиано.

Тяжёлое детство

Энрико был третьим ребёнком в бедной семье, после его появления у Марчелло и Анны-Марии Карузо родилось ещё четверо детей. Как известно, всего мать родила за свою жизнь 18 детей, но выжило только 12 из них. Семья проживала в одном из бедных промышленных районов Неаполя. После окончания начальной школы мальчик отказался учиться дальше, хотя родители видели в нём инженера. Он хотел идти к своей мечте, посвятить жизнь музыке, поэтому отправился в хор небольшого местного храма.

В возрасте 15 лет будущий певец потерял мать. После её смерти он устроился работать в автомастерскую к своему отцу. Одновременно с этим Энрико начал подрабатывать, выступая на церковных праздниках в Сан Джованелло. Карузо считал, что в церкви погибшая мать сможет услышать его пение, поэтому посвящал этому занятию всё своё время. Прихожане восхищались его тенором, иногда даже предлагали спеть для своих возлюбленных. За это они щедро платили талантливому парню.

Позднее он начал выступать на улицах. Именно тогда Энрико услышал педагог Гульельмо Верджине. Он пригласил юношу на прослушивание, вскоре тот стал учеником известного дирижёра Винченцо Ломбарди. Преподаватель во всём поддерживал своего подопечного, именно он организовал первые концерты для Карузо в местных барах и ресторанах. Кроме того, педагог посоветовал сменить имя Эррико (данное при рождении) на более благозвучный псевдоним.

Первое появление на сцене

Шестнадцатого ноября 1894 года состоялся дебют исполнителя на сцене «Театро нуово». Он исполнил партию в опере Морелли «Друг Франческо», певцу удалось сразу привлечь внимание зрителей и критиков. Через некоторое время он спел в опере «Сельская честь», затем исполнил заглавную партию в «Фаусте». В 1895 Энрико впервые отправился на гастроли за границу.

Одной из первых стран, которые посетил Карузо, стала Россия. После этого он выступал во многих населённых пунктах, завоевав себе армию поклонников по всему миру. В 1900 г. музыкант впервые появился на сцене легендарного театра «Ла Скала», который находится в Милане.

Всемирный успех

После гастролей в Европе певец впервые выступил в Лондоне, это случилось в 1902 году. Через год он повторил успех в Нью-Йорке, исполнив роль Герцога Мантуанского на сцене «Метрополитен-опера». Зрители высоко оценили талант тенора, с того времени он стал главной звездой американского театра. Энрико регулярно пел партии из французских и итальянских опер. Его репертуар насчитывал огромное количество произведений.

Свой первый серьёзный гонорар певец потратил на увеселительные заведения. Позже он несколько раз появлялся на сцене в нетрезвом виде, из-за этого чуть было не испортил свою карьеру. Кроме того, Энрико ежедневно выкуривал по две пачки египетских сигарет. Он рисковал своим здоровьем и голосом ради пагубной привычки, не задумываясь о последствиях.

Именно Карузо стал первым оперным исполнителем, который согласился записать голос на граммофонные пластинки. Благодаря этому его репертуар сохранился на долгие годы. Сейчас существует около 500 записанных дисков певца.

Личная жизнь

Энрико производил невероятное впечатление на женщин. Когда его карьера только начиналась, юноша намеревался жениться на дочери руководителя театра. Но в последний момент он передумал, сбежал с церемонии с балериной. Спустя некоторое время музыкант познакомился со своей коллегой Адой Гиачетти. Она была старше его на десять лет, но разница в возрасте не помешала бурному роману.

Вскоре после знакомства влюблённые начали жить в гражданском браке. За 11 лет супруга родила четверых сыновей. Из них остались в живых только Родольфо и Энрико, названные в честь персонажей «Риголетто». Женщина пожертвовала карьерой ради семьи, но Карузо не захотел остепениться. Он регулярно флиртовал, хотя и не изменял Аде. В итоге жена не выдержала, она сбежала с водителем семьи.

Тенор разозлился на возлюбленную, в отместку он начал встречаться с её младшей сестрой. Гиачетти подала в суд с требованием вернуть украденные драгоценности, она не собиралась мириться с бывшим мужем. Закончилась эта история тем, что Аде удалось добиться от супруга выплаты ежемесячного пособия.

В возрасте 45 лет Энрико встретил свою первую официальную жену. Ею стала дочь американского миллионера Дороти Парк Бенжамин. Она была младше супруга на 20 лет. Отец отказывался давать благословение на их союз, он даже лишил дочь наследства. В это время музыкант сходил с ума от ревности. Он хотел откормить жену до такого состояния, чтобы её не считали привлекательной другие мужчины.

Последнее появление Карузо на сцене датируется 24 декабрем 1920 годом. Он сильно заболел из-за перенесённой аварии, поэтому вернулся в Италию. Тенор умер от плеврита 2 августа 1921 г., его похоронили в Неаполе. Отпевание происходило в церкви Сан-Франческо-ди-Паола. После смерти мужа Дороти издала две книги о его жизни. Они были написаны в 1928 и 1945 гг., состояли преимущественно из любовных писем от певца для любимой супруги.